Синдром жены алкоголика. Синдром жены алкоголика: насколько это серьезно

Один известный юморист когда-то с экрана телевизора поделился со зрителями одной очень интересной и в то же время комичной фразой. Людям, которые уселись расслабиться и провести время, было смешно. А звучал отрывок из монолога так: «И было у них все, как обычно. Он – алкоголик, она — жена алкоголика!». И самое интересное, что с точки зрения психологии это не пустые слова. Оказывается, жены, относящиеся к определенному психотипу, подсознательно выбирают себе в мужья алкоголиков. И чтобы не попасть в такую же ситуацию или наконец-то набраться сил и выйти из замкнутого круга, стоит разобраться с причинами и немедленно начать действовать.

Как ведут себя жены алкоголиков

Если говорить словами классика Льва Толстого, то его афоризм можно перефразировать так: каждая семья, где есть алкоголик, несчастлива одинаково. И по исследованиям психологов, супруги таких мужей все, как одна, ведут себя одинаково. Если несколько признаков в вашем поведении совпадают с теми, что перечислены ниже, необходимо немедленно принимать меры.

1. Жены алкоголиков зависимы вместе с мужьями. Следствием такой зависимости является низкая самооценка. Обычно они уверены в своей внутренней несостоятельности не только как человека, но и как женщины, поэтому для них важно работать напоказ. Такой женщине необходимо, чтобы ее все жалели и сочувствовали, как она бедная пытается спасти мужа, а он не понимает этого и продолжает баловаться со змием.

2. Жены алкоголиков все, как одна, утверждают, что живут с супругом ради его спасения. Они просто уверены, что муж в одиночку ни за что не справится с этой проблемой и его надо вытаскивать. Такое поведение касается не только жен. Это можно наблюдать и у матерей, и у сестер.

3. Жена алкоголика считает, что муж не может самостоятельно принимать решение. Она уверена, что без ее всеобъемлющего контроля мужчина просто не выживет. Она лучше знает, что ему важнее. В итоге мужчина, который не умеет принимать решения и возлагать ответственность на себя, находит себе другое занятие – пьянство.

4. Все жены алкоголиков выставляют свою жертвенность напоказ: тащат пьяного домой, ищут по квартирам друзей. Кроме этого, они звонят на работу и говорят начальнику, что супруг приболел в то время, как он приходит в себя после очередной попойки. В связи с низкой самооценкой ей важно, чтобы ее подбадривало общество. Ведь все вокруг будут считать ее самоотверженной женщиной, которая приняла вызов судьбы.

Все основные моменты поведения можно условно описать в трех шагах:

1. Сначала идет период контроля, когда женщина пытает захватить каждую мельчайшую частичку жизни партнера.

2. Следом наступает стадия жертвенности. Это, собственно говоря, то, о чем речь шла выше.

3. А потом приходит момент преследования жертвы. В этой ситуации жена говорит, что сделает ради мужа все, и ему не надо напрягаться. А на самом деле, чтобы алкоголизм навсегда покинул семью, нужно для начала взяться за себя.

Что нужно сделать, чтобы муж перестал пить

Как говорилось ранее, главная проблема жен алкоголиков – это низкая самооценка. Им очень важно, что старания были оценены обществом, потому они и выбирают те профессии, которые помогают продемонстрировать свое умение помогать. Например, нередко становятся медсестрами, учителями, воспитателями или психологами. И переносят это же в семью. Только лучше от этого не становится. Наоборот, супруг все чаще закладывает за воротник. Потому необходимо менять ситуацию, а именно:

1. Нужно обратить внимание на себя. Женщины-жертвы не просто так выбирают вышеназванные профессии. Они таким образом переключаются на проблемы других и забывают о себе. Необходимо заняться своими проблемами. Например, посетить докторов (ведь жены алкоголиков просто плюют на собственное здоровье), сходить в салон красоты или записаться на какие-нибудь интересные курсы.

2. Нужно перестать контролировать мужа. Наверняка он уже большой мальчик и точно знает, что пить водку нехорошо. Потому стоит удержаться от упреков и решения его проблем. Пусть самостоятельно добирается домой и наливает себе рассол с похмелья. Немаленький все-таки.

3. Важно перестать взваливать на себе домашние хлопоты. Если жена все тянет на себе, мужу и заняться то нечем. Вот и находит он хмельное увлечение. На каждый яд – свое противоядие.

4. Важно перестать следить за общественным мнением. Женщины-жертвы его просто во главу угла ставят. А кошке все равно должно быть, что подумают мыши.

Как видно, решение проблемы алкоголизма в семье необходимо начать с себя. Если не получается самостоятельно, стоит обратиться к специалисту. И не надо на все вышеописанное отвечать, что моменты поведения жены типичного алкоголика – это результат любви по отношению к мужу. Когда любят, делают все, чтобы человек морально рос и развивался. Здесь же действия направлены, наоборот, на деградацию. Отсюда вывод: не надо собственные комплексы прикрывать благими намерениями.

Алкоголизм - семейная проблема. Потребление спиртного и последующее поведение алкоголика губит не только его жизнь, но и всех, кому приходится иметь с ним дело. Откровенно говоря, ничто так не губит интимный ха­рактер отношений между мужем и женой, как алкого­лизм. Более того, исследования показали, что у брака, в котором один из супругов является наркоманом или ал­коголиком, шанс сохраниться равен примерно десяти процентам. Если верить данным, согласно которым в Украине насчитывается примерно семь мил­лионов алкоголиков, приходится признать, что мы имеем дело с проблемой колоссальных масштабов.

Консультации по се­мейным вопросам давать бесполезно, пока не решена проблема алкоголизма в семье. Дальнейшее существование в се­мье пьянства сводит на нет все усилия по решению семейных проблем.

Почему же именно этот факто­р - алкоголизм - так губительно дейст­вуют на брачные отношения? Самой серьезной проблемой является нечест­ность. Стараясь скрыть свое пристрастие, ал­коголик становятся мастерами обмана, самого лютого врага интимной близости. Он воздвигает между мужем и женой глухую стену .

Ещё одну причину, надо искать в поведе­нии, характерном для алкоголика. Такой человек живет в эгоцентричном мире. Это, разумеет­ся, актуально в той или иной степени для всех нас, но у алкоголиков данное обстоятельство выра­жено наиболее ярко. Алкоголик живет своей болью и своими наслаждениями; таким образом, центром его жизни становится он сам. Подобный эгоцен­тризм уродует его повседневную жизнь и отношения с людьми. Такие особенности его поведения неизбежно губят и отношения в семье.

Следующими аспектами поведения ал­коголика являются нежелание честно взглянуть на свою проблему, эмоциональная отчужденность от супруга или супруги, отсутствие эмпатии и то, что внешне прояв­ляется как отсутствие интереса к ближним. Находясь под воздействием спиртного, алкоголик начинает проявлять осо­бенности поведения, в конечном счете разрушающие се­мью. Сексуальная неверность является для алкоголика нормой. Тот факт, что в момент измены он был пьян, для обманутой жены служит жалким утешением. Физичес­кая и эмоциональная вражда и насилие для алкоголика также вполне естественны. Даже когда он не агрессивен, его речь и поведение не могут вызвать у супруги ничего, кроме жалости и гнева. Жизнь с алкоголиком делает интимные отношения практически не возможным.

Пристра­стие делает алкоголика совершенно рав­нодушным к чувствам тех, кто о них заботится. Его выс­шим приоритетом становится потребление спиртного. Чтобы удовлетворить эту потребность, он не остановится ни перед чем. Такой человек прекрас­но знает, что потребление спиртного причиняет его супруге мучительную боль, однако про­должает потакать своему пристрастию, чтобы жена стра­дала и дальше.

Во многом жена является классическим «пособ­ником» . Сама того, не желая, она помогала мужу идти дальше по пути пьянства. «Пособник » считает, что обязан любой ценой не допу­стить в семье хаоса, воцаряющегося по вине алкоголика. В результате «пособник» только потвор­ствует алкоголизму. Без такого «по­собника» алкоголику было бы труднее идти по пути, который ведет его в тупик. «Пособник» часто испытывает гнев, скрытый за искренней заботой о ближнем. Такой человек терпелив и бескорыстен, часто защищает алкоголика и пытается помочь, даже когда в этом нет острой необходимости. Рас­платой за такой поверхностный мир становится невозмо­жность сохранять интимную близость.

Если жена серьезно настроена на внесе­ние позитивных перемен в семейную жизнь, ей нужно изменить образ мыслей и поведение,

Ей следует понять, что нельзя взваливать себе на плечи ответствен­ность, которую должен нести муж; нужно отвечать толь­ко за свое поведение.

Ей нужно предоставить мужу возможность самому страдать от последствий алкоголизма.

Она должны пони­мать, что только страдания от последствий собственного образа жизни могут заставить таких людей решиться на избавление от своего недуга и обращение за помощью.

Только тогда алкоголик способен понять: продолжая катиться вниз, они потеряют все, что им до­рого. А такое понимание приходит только в результате какого-либо кризиса. Это может быть потеря работы, тя­желая болезнь, арест, уход супруга или супруги или не­желание родных и друзей больше с ним общаться. И только когда собственный образ жизни становится ему ненавистен, он начинает искать пути избавления от сво­ей алкогольной зависимости.

Самая распространенная ошибка супругов, живущих с алкоголиками, состоит в бездействии и надежде, что однажды этот алкоголик проснется и решит раз и навсегда покончить со своим гу­бительным образом жизни. В реальности так почти ни­когда не происходит. Когда человек уже стал наркоманом или алкоголиком, одного его желания избавиться от наркотиков явно недостаточно. Его организм попадает в физиологичес­кую зависимость от наркотиков и заставляет человека постоянно удовлетворять свои потребности.

Супругам необходимо смотреть правде в глаза; они должны сделать все, чтобы их пьющие и упо­требляющие наркотики мужья и жены поняли, что дальше так жить невозможно. Дальше жизнь может идти только по другому пути. Когда супруги всеми своими действиями показывают, что их пьющим мужьям и женам ничего не будет схо­дить с рук, они тем самым начинают успешно следовать принципу жесткой любви. Алкоголику те­перь открывается только один путь - к квалифицированной помощи, отчего резко возрастает возможность перемен к лучшему. Без такой жесткой любви возмож­ность практических перемен равна нулю.

Первый реаль­ ный шаг к переменам состоял в том, что нужно взять на себя ответственность за собственные действия. Второй - возложить на зависимого ответственность за его поступки.

  • Вы поймёте, что не виноваты в пьянстве мужа, не может его контролировать, как не может и вылечить.
  • Также поймёте, что попытки нежно оберегать алкого­лика только ухудшают ситуацию.
  • Осознаете, алко­голизм приводят к эмоциональной деградации, делают человека крайне незрелым, и алкоголики ради удовлетворения своих болезненных потребностей умеют манипулировать, жульничать и лгать. Посмотрите в лицо фактам - как ваш близкий, чтобы продолжать пить и дальше, ловко мани­пулировал вами. И вот теперь настало время перестать быть для него пешкой и стать крепкой опорой жесткой любви .
  • Поймёте, как можно искренне любить челове­ка, не желая сохранять с ним мир любой ценой, приду­мывать ему оправдания или ограждать от последствий его поведения.

Что же делать? В первую очередь начать посещать местные группы обще­ства Ал – Аннон (сообщество, объединяющее людей живущих рядом с зависимым), или реабилитационные группы для созависимых (Школа для родителей). Стыд, неопреде­ленность и страх неизвестного часто заставляют супру­гов таких людей в бессилии опускать руки. В группе общества Ал - Аннон вы поймёте, что не одиноки в сво­ей беде. Миллионы мужчин и женщин, состоящих в бра­ке с алкоголиками, страдают от подобных проблем. Их семейная жизнь стала такой же неуправляемой. Но в этом обществе жёны приобретают и надежду. Ал – Аннон является организацией, предоставляющей полезную информацию и оказывающей членам семей алкоголиков разнообразную поддержку. В частности, общество помо­гает им обрести практическое понимание ситуации в се­мье и эмоционально готовит к тому, чтобы они начали проводить в своих домах позитивные перемены. С помощью этой организации они начинают понимать, что хотя и не могут контролировать поведение своих пьющих су­пругов, но все же способны воздействовать на ситуацию. Вот одна из историй.

Оставшись без работы, Дмитрий ушел в очередной запой. И тогда Людмила забрала детей и уехала к матери. Для Дмитрия это был ощутимый удар.

Он стал всячески умолять Людмилу вернуться. Он уве­рял, что больше никогда не будет пить и, что уж этот урок не прошел для него впустую. При поддержке друзей из общества Ал- Аннон, Людмила нашла в себе силы ответить отказом. Она решительно заявила, что не вернется к нему до тех пор, пока он не пройдет специальный курс лечения, а потом - уже вместе - курс консульта­ций по семейным вопросам. Она сказала, что теперь поспешных решений не будет. И если Дмитрий не захочет покончить с пьянством и потом строить с нею нормальную семью, она вообще никогда не вернется.

На следующий вечер Дмитрий опять пришел и умолял Людмилу вернуться. Он обещал начать лечиться, если только она вернется. Людмила поняла, что это была еще одна попытка манипулировать ею. Ее ответом был добрый, но твердый отказ.

«Я очень тебя люблю, и именно поэтому не вернусь к тебе сейчас, - сказала она. - Я не допущу, чтобы восстановительный процесс наших отношений закончился, даже не начавшись. Я вернусь, но это будет только после того, как ты победишь пьянство, и мы решим наши семейные проблемы,

Она рассказала ему о специальной программе лечен ия, которая проводится в ближайшем районе города. Что бы он пообещ ал приложить все силы, чтобы стать участником этой Программы, а она и дети будут приезжать для совместных консультаций.

« Дмитрий , у нас серьезная проблема, - продолжала он а. - Сама по себе она не решится. Нам всем нужна пом ощь. И сейчас тебе предоставляется шанс сделать вы бор: или ты останешься с нами, с семьей, или всю оставшуюся жизнь будешь пить».

Через три дня Дмитрий попал в этот лечебный центр, а в течение последующих трех месяцев он открывал для се­бя новый мир - мир реальности; мир, где все отвечали за свои поступки и эмоции; мир, в котором люди учились понимать себя и ценность общения с окружающими. Он много узнавал об алкоголизме, но еще больше о самом се­бе. Впервые Дмитрий стал понимать, что жизнь в реальном мире может быть гораздо интереснее и гармоничнее, чем в иллюзорном мире алкоголизма.

По окончании,девяносто дневной лечебной програм­мы, (в которой Людмила и дети также принимали участие под руководством опытного специалиста), Дмитрий покинул центр, ясно понимая, что они с Людмилой не будут жить вместе до тех пор, пока не пройдут консультационный курс, который поможет им исце­литься от эмоциональных ран и выстроить новые семей­ные отношения. На этот раз он уже не умолял Людмилу вернуться. Он жил в реальном мире и знал, что послед­ние десять лет причинял Людмиле мучительную боль сво­им эгоистичным и деструктивным поведением, и теперь для исцеления необходимо время. Он также понимал, что ему многое нужно осознать и многому научиться, чтобы выстроить здоровые отношения с женой и детьми.

Оба начали курс консультаций по вопро­сам семьи и брака, который спустя девять месяцев за­кончился тем, что Людмила и дети вернулись домой. В пе­риод этих консультаций Дмитрий продолжал два раза в неделю посещать собрания общества «Анонимные алкоголики». Людмила,со своей стороны, тоже чувствовала необходи­мость в личном росте и продолжала еженедельные встречи с друзьями из общества Ал - Анон. В течение этих девяти месяцев у Дмитрия случился только один рецидив. Он был «на дне рождения» и решил, что может позволить себе пригубить немного спиртного, не напиваясь при этом до неприличия. Но за первым бокалом последовал второй, и прежде чем вечер кончился, его пришлось везти домой на такси. После этого он в течение недели каждый день ходил на собрания «Анонимных Алкоголиков», анализировал свой срыв, рассказав о случившимся своей группе поддержки. Об этом он рассказал также Людмиле и психологу во время консульта­ции. Такая открытость уже не имела ничего общего с его прежним стремлением не признавать своей вины и лгать.

Теперь Людмила и Дмитрий видели, что их брак станет совсем не таким, каким был предыдущие годы. С тех пор как они снова стали жить вместе, они продолжали встре­чаться раз в месяц со своим консультантом психологом в течение полугода, а потом раз в пол­года на протяжении последующих двух лет.

Случай с Людмилой и Дмитрий можно назвать историей со счастливым концом. Здесь успех пришёл от правильного понимания проблемы и совместного её разрешения. А не «простого лечении» алкоголизма, когда алкоголик только избавляется от алко­гольной тяги на какое то время.

К сожалению, в большинстве слу­чаев супруги этого ни делают, они проводят душеспаси­тельные беседы, читают гневные лекции, перестают раз­говаривать, плачут, умоляют, пытаются всеми силами сохранить лицо, придумывают оправдания, стараются склеить осколки - и после этого надеются, что их пьющие супруги изменятся. И подобные привычки изменить нелегко. Даже когда кто-то из супругов начи­нает следовать принципу жесткой любви, друзья - «доб­рожелатели» могут начать упрекать их, что они излиш­не суровы.

На самом деле, самую сильную боль, которую может испытать алкоголик, это мысль о потере супруга или супруги либо другого очень дорогого для него человека. Именно она заставила Дмитрия начать лечиться, как это происходит и с другими алкого­ликами. Мысль о потере человека, кото­рый является для него самым дорогим в этом мире, обо­рачивается достаточно сильной болью, чтобы заставить алкоголика или наркомана обратиться за помощью.

Это значит, что супруг или другой человек, решив­шийся помочь алкоголику, должен быть достаточно сильным, чтобы не поддаваться на манипу­ляции алкоголика. Близкий должен быть добрым и в то же время твердым, что крайне необходимо для долгого лечения,

На практике, большинству супругов не хватает таких, качеств, чтобы следовать принципу же сткой любви , не пользуясь при этом помощью и поддержкой Ал - Анон.

Еще один важный шаг в процессе позитивных пере­мен - узнать о доступных центрах лечения и реабилита­ции, чтобы, когда ваш пьющий супруг будет готов обра­титься за помощью, вы тут же могли назвать адрес.

Су­ществуют два основных вида лечения, все остальные это только способ временного отказа от алкоголя. Одним из них яв­ляется амбулаторная реабилитация. Она, как правило, подра­зумевает детоксикацию, ежедневные посещения центра реабилитации, индивидуальные и групповые консультации и контроль приёма психо активных веществ.

Более интенсивной программой является стационарная реабилитация.

Она подразумевает, достаточно долгий срок присутствия зависимого в определённой «среде выздоравливающих», в результате чего наркоман может научиться жить без наркотиков, а алкоголик без алкоголя. Такие программы длятся обычно от шести месяцев до го­да. Они продуманы с таким расчетом, чтобы пациент все время был занят лечением, не имел доступа к наркотикам и спиртному и не встречался с действующими наркоманами и алкоголиками.

И, наконец, не следует недооценивать важной роли духовной жизни - как для самих алкоголиков и нарко­манов, так и для их супругов. Исследования показыва­ют, что в большинстве случаев успешными являются те лечебные программы, которые указывают больному на помощь и исцеляющую силу Бога. Более того, принципы двенадцати шаговой программы «Ано­нимных Алкоголиков» утверждают, что без Божьей по­мощи мы ничего не можем изменить к лучшему и мно­гие, у кого не было никакой духовной силы раньше, те­перь начинают понимать потребность в ней и взывают к Божьей помощи. В этом нет ничего плохого или мало­душного. Алкоголик не способен изме­ниться самостоятельно, но с Божьей помощью каждый обретает надежду.

Что касается супругов алкоголиков, ко­торые стремятся изменить семейную жизнь к лучшему, то видеть, как катятся вниз родные им люди, порой ста­новится просто невыносимо. Ваше ощущение изоляции от друзей и родных может вызвать мучительное чувство одиночества. Вы тоже нуждаетесь в Божьей помощи и Божьих служителях - людях, которые любят, заботят­ся, знают, как нужно работать с наркоманами и алкого­ликами. Самый важный шаг, который вы можете пред­принять, - молиться о Божьем водительстве, а затем обратиться за помощью к другу, консультанту или в сообщество Ал-Анон.

С помощью Бога и других людей вы можете встать на путь жесткой любви - только она действительно помо­жет алкоголику, если таковыми стали ваши жены или мужья.

Если вы любите ваших близких, вы можете использовать опыт профессионалов, чтобы как можно больше узнать о зависимости и как помочь вашим близким её преодолеть. Это даст нашим близким больше шансов на успех, а вам знания, опыт и душевный покой.

Владимир Иванов, медицинский психолог, гештальт-терапевт (тренер), мастер социальной работы

Можно ли еще до свадьбы распознать пьющего человека? И как ужиться с мужем-алкоголиком? Реально ли вылечить его от алкогольной зависимости? На них ответила заведующая психологической лабораторией Житомирского областного наркодиспансера Ирина Борисова.

Как распознать пьющего?

«Обычно потенциальных алкоголиков выбирают девушки с низкой самооценкой, которые готовы выйти замуж за первого, кто обратит на них внимание, лишь бы не остаться в одиночестве, – объясняет Ирина Валентиновна. – Либо девушки, в семье которых пили отцы. Они уже подсознательно готовы повторить судьбу своих матерей. Я обычно всегда говорю незамужним девушкам: никогда не спешите замуж! Нужно сначала убедиться в том, что ваш избранник – настоящий друг, который разделяет ваши взгляды на жизнь, с которым у вас общие занятия, увлечения и стремления. Словом, много общих точек соприкосновения. К тому же есть отличительные черты, по которым можно распознать будущего алкоголика». Итак…

«Если ваш избранник постоянно приходит на свидание подшофе – это должно насторожить, – продолжает Ирина Валентиновна. – Не стоит на это закрывать глаза, надеясь, что со временем эта блажь пройдет. Не пройдет. У мужчины, склонного к алкоголизму, слова всегда расходятся с делом. Он обещает много, а выполняет мало. Такие мужчины могут опоздать на свидание или вообще не явиться. А потом рассказывать в свое оправдание всякие небылицы.

Они любят жаловаться на жизнь и собственные проблемы и с готовностью предоставляют женщине право их решать. В их неудачах всегда виноват кто угодно, но только не они сами. А еще они часто совершают рискованные поступки: кровью пишут на стене о своих чувствах, забираются в гости через окно и так далее. Так они демонстрируют, что очень рисковые парни. Все эти черты указывают на то, что в будущем с большой долей вероятности вам придется спасать этого человека от алкоголизма».

По словам медика, алкоголиками становятся раньше, чем начинают пить. В большинстве случаев это маменькины сынки, которые по каждому поводу советуются с мамой и не привыкли сами решать проблемы. Их этому просто не научили. Взрослея, они все равно остаются большими детьми: и в 40 лет называют себя Серегой и Васьком, которые привыкли, что о них заботятся и отдают им все лучшее…

Жить ради алкоголика – это правильно?

Самое ужасное в том, что женщина, которая связала жизнь с таким человеком, полностью отказывается от себя и посвящает жизнь своему мужу. Это называется созависимостью. Муж зависим от спиртного, а жена – от мужа. Вся ее жизнь подчинена одному – заставить мужа бросить пить. Женщине некогда думать о себе, своей внешности, самообразовании, повышении по службе, даже к подругам некогда сходить! Она должна постоянно контролировать мужа: когда пришел на работу, когда ушел, где и с кем его видели, в каком состоянии…

«Когда я спрашиваю такую женщину, как вы себя чувствуете, она обычно отвечает: "Все зависит от того, в каком виде муж явится домой", – рассказывает Ирина Валентиновна. – Если придет пьяный, нужно его раздеть, за ним убрать, завтра позвонить на работу, "отмазать" и так далее. А еще женщина пребывает в постоянном страхе и напряжении: донесет ли он домой зарплату, не побьют ли его по дороге, не замерзнет ли в сугробе… Словом, не жизнь, а настоящий кошмар.

Однако желание во всем помочь горе-мужу и предотвратить все возможные неприятности, связанные с его запоями, дают только обратный эффект. Он никогда не оценит этих стараний и даже когда-нибудь бросит с упреком: "Я тебя об этом не просил"…»

Забота во вред

Женщине ни в коем случае(!) нельзя делать следующее: пытаться как-то оправдать пьянство мужа (мол, в детстве его недолюбили или он сильно переживает понижение по службе); следить за его внешностью; вовремя будить на работу; оправдывать перед начальством его прогулы; делать за него то, что обязан выполнять глава семьи; стараться побольше заработать, чтобы поддержать семью; выпивать вместе с ним, чтобы ему меньше досталось; стирать за ним простыни, испачканные рвотой и испражнениями; разыскивать его и присылать за ним детей, чтобы довели (донесли) домой, и так далее.

«Если жена будет постоянно подставлять мужу руки, он будет продолжать жить так, как хочет, не неся никакой ответственности, – утверждает психолог. – Ему так очень удобно! Важно запомнить: пока жена спасает своего мужчину и страхует его от всех неприятностей, мужчина не бросит пить. Не мешайте человеку падать! Если уснул на ковре или прямо на земле – пусть там и спит. Пусть лежит в грязной постели и почувствует всю "прелесть" запаха рвоты. Не надо его перекладывать на чистые простыни. Это поможет ему ощутить весь ужас своего положения, понять, что он на дне».

И еще одно важное правило: женщине никогда нельзя бросать слова на ветер: если уж пригрозила разводом, если не бросит пить, то нужно держать слово. Иначе муж вообще перестанет воспринимать все, что она говорит. А самой нужно принять для себя главное решение: стоит ли так жить дальше? Нужен ли ей этот человек и готова ли она посвятить ему всю свою жизнь? Только не надо убеждать себя, дескать, он без меня пропадет. Скорее всего, муж никогда не оценит жертв своей «половинки», и к этому надо быть готовой…

А у пьющего человека только один выход: он должен самостоятельно прийти к выводу: я болен и самостоятельно не выберусь из тупика. Нужно лечиться и возвращаться к нормальной жизни. Пока не придет это понимание, никакие доводы, никакие мольбы, просьбы, угрозы и шантаж не заставят его всерьез задуматься о лечении. С алкоголизмом, как и с другой серьезной болезнью, самостоятельно не справишься. Здесь нужен грамотный нарколог и психолог…

«Алкоголизм – такая же тяжелая зависимость, как и наркотическая, – продолжает Ирина Борисова. – Однажды наркоман, которому удалось достичь ремиссии, рассказал мне, что понимание тупика пришло к нему только тогда, когда он увидел себя лежащим в сугробе в одних вьетнамках! Это и стало отправной точкой к его выздоровлению. А другой зависимый решил бороться за жизнь только после того, как его родители стали навещать его, только чтобы убедиться, умер он или еще нет. Стресс от понимания, что он уже никому такой не нужен, заставил взять себя в руки…»

«Что это за мужик непьющий?»

«При лечении алкоголизма не может быть половинчатых мер, – резюмирует Ирина Валентиновна. – Вопрос ставится ребром: либо человек будет продолжать пить, и его состояние со временем только ухудшится, либо он не будет пить вообще никакого спиртного и никогда, даже шампанского и безалкогольного пива. Нужно решать: либо да, либо нет. Но жены реагируют на это по-разному. Одна из них меня просто огорошила своим ответом: "Что же я с ним буду делать на праздники? Что это за мужик – непьющий? Нет, мне такое не подходит. Лечиться не будем".

Мало бросить пить – нужно научиться по-другому жить. Планировать работу и отдых в семье, найти интересные увлечения, поставить себе новые цели. Ведь у человека, бросившего пить, появляется масса свободного времени, которое нужно чем-то занять и заполнить.

Но главное – меняться нужно не только мужу, но и жене! Накатанная и понятная жизнь женщины в вечном страхе и постоянных жертвах должна уйти в прошлое. И это не менее сложно. Если женщина не перестанет вечно дрожать и контролировать мужа, счастливая жизнь без спиртного вряд ли получится. Так что работать предстоит обоим. Тем желаннее и дороже покажется обоюдная победа…

Жизнь рядом с мужем-алкоголиком не проходит бесследно и может привести к изменению психического состояния женщины, которое специалисты называют “синдромом жены алкоголика”.

Признаки синдрома жены алкоголика

Главный признак этого синдрома – созависимость, то есть абсолютная вовлеченность в проблему алкоголизма мужа, когда все остальное (семья, дети, работа, личные интересы и потребности) отходит на второй план.

Формирование созависимости происходит постепенно. Сначала женщина начинает подозревать мужа и уличать его во лжи. Дальше – больше: по мере того как запои становятся все чаще, жена принимается «спасать» пьющего мужа, используя для этого разные способы: уговоры, угрозы, хитрости. Нередко жены алкоголиков превращаются в вечных спасателей, вытаскивая своих мужей из неприятный ситуаций, защищая их, покрывая перед начальством, расплачиваясь с долгами, пряча бутылки с вином и водкой, отнимая деньги. Но чем больше душевных сил затрачивает жена алкоголика, тем глубже погрязает в проблеме, забывая о доме, детях и себе. Так формируется синдром жены алкоголика. И что самое печальное, вся эта жертвенность оказывается совершенно напрасной и даже вредной: муж все больше спивается, дом оказывается заброшенным, дети без присмотра, работа и карьера без должного внимания. Такая ситуация может продолжаться очень долго. Не случайно семейные психологи обращают внимание на тот факт, что браки с алкоголиками бывают особенно продолжительными.

Психологическая помощь женам алкоголиков

За помощью женам алкоголиков следует обращаться к семейному психологу. Сначала он поможет женщине осознать наличие проблемы не только у ее мужа, но и у нее самой. Поможет избавиться от деструктивного поведения и расстаться с синдромом жены алкоголика.

Важным моментом в работе с женами алкоголиков является формирование правильного понимания природы алкоголизма. Близкие пьющего человека должны осознавать, что алкоголизм – это не распущенность, а тяжелая болезнь. Ни одну болезнь нельзя вылечить воспитательными мерами, и алкоголизм не исключение. Чтобы его побороть, требуется серьезное лечение у квалифицированного специалиста. И поведение близких должно не мешать ему, а всячески помогать.

Что должна делать жена алкоголика, чтобы помочь своему мужу?

Прежде всего, жена алкоголика должна перестать его «спасать». Только в этом случае муж сможет остаться один на один со своей проблемой и оценить ее масштаб. Очень часто в такие моменты у человека возникает желание бороться со своей зависимостью. А это главное условия для успешного лечения. Вылечить алкоголика без его ведома и без его желания невозможно.

« Ваше состояние можно понять, — говорила мне врач-психиатр, когда я пришла к ней с просьбой выписать мне сильнодействующие таблетки, потому что прошло почти два месяца с момента его гибели, а я не только не могла стабилизироваться, а наоборот, всё глубже погружалась в пучину мрачного кошмара. — Весь ваш мир рухнул. Вы потеряли всё, чем вы жили», — продолжала врач. А я внезапно(теперь я думаю, что это был хитрый ход опытнейшей докторши, имевшей дело с сотнями разных подобных моему случаев) встрепенулась, глубоко вдохнула и вдруг сказала себе: «Ну нет! Я потеряла много, я потеряла очень дорогое, но это не вся я и не весь мой мир. И я выкарабкаюсь и буду жить дальше. Моя жизнь страшно покачнулась, но она не закончилась».

Того же нельзя было сказать о нем в последние пару лет его жизни. Мой муж пил. Он пил всю свою сознательную жизнь, пил легко и весело, не становясь ни угрюмым, ни агрессивным, не теряя ни во внешности, ни в карьере. Напротив, умение выпить много на деловых и дружеских застольях делало его привлекательным в глазах людей и помогало ему продвигать деловые знакомства — такой вот у него был дар.

Любые попытки — мои, его предыдущих подруг, разумных друзей, родителей — внушить ему осторожность и меру в употреблении алкоголя встречали абсолютное непонимание: «Вам что-то разве мешает? Я буяню? Я мало зарабатываю? Я кого-то обижаю? Мне даже не бывает плохо. Мне — хорошо! И я могу пить, могу и не пить».

С этим было трудно спорить, более жовиального, жизнерадостного человека было трудно себе представить. Конечно, я, как его самый близкий человек, видела его внутренние конфликты, такую типичную мужскую« войну с самим собой» и с комплексами, но он был невероятно силен и не позволял кому-то, в том числе и мне, заглядывать в его слабые места. Мне нужно было просто быть женщиной.

Популярное

Он сам справится, сам разберётся.

Это мне тоже потом ставили в вину: что не настаивала, не заставляла, не запрещала. Не сумела — не смогла.

Тот, кто любит алкоголика, всегда останется виноватым, что бы он ни делал. Был жёстким — значит загнобил; был мягким — развратил; родила детей — загубила его таланты; не родила — лишила смысла жизни, и так далее. Но это, пожалуй, тема для отдельного разговора.

С мужем перемена произошла в какой-то момент очень быстро и заметно. Наверное, алкоголизм, как всякое злокачественное заболевание, тоже однажды делает рывок. Он стал стремительно терять интерес ко всему. Алкоголь обжился, утвердился в нём и стал выдавливать из его жизни, из мозга, сердца, души всё остальное.

Сначала, как водится, пострадала карьера и работа. Муж, умевший разруливать самые сложные конфликты, за что за ним и охотились хедхантеры, однажды не справился со сложной, но вполне штатной ситуацией и, сказав, что не хочет больше иметь дело с этими козлами, хитроумным способом добился увольнения по сокращению штатов, получив немалое выходное пособие.

Здесь, вероятно, тоже мне нужно было бы проявить твёрдость и скалкой погнать его тут же искать новую работу, но я привыкла доверять своему умному и сильному мужчине и приняла его позицию: «Мне надоело работать в чертовых офисах и заниматься бессмыслицей, я хочу в жизни чего-то более творческого».

Но ничем творческим заниматься он не стал, прожил сбережения и научился выпивать уже с утра. Я пыталась расшевелить его и даже нашла ему действительно интересную работу у своих друзей в большом съёмочном проекте, но он там не удержался — всё чаще и чаще люди вокруг стали казаться ему негодяями и сволочами, его лёгкий нрав менялся, в нём поселился мрачный ворчун, его быстро уволили, и он опять лёг на диван, а вернее, засел в интернет, где внезапно стал участвовать во множестве« диванных» политических дискуссий, сливая туда своё недовольство всем и вся, а на самом деле — собой и своей большой проблемой.

По старой памяти мы несколько раз отправлялись в большие красивые путешествия, я надеялась, что его это развеселит и отвлечёт. Но каждое путешествие превращалось в кошмар, нужно было всегда искать, что бы выпить, мы гуляли по городам от бара к бару, а куда-нибудь на просторы к океану или в горы он отправлялся только с запасами алкоголя во фляжке.

А чаще просто говорил: вы поезжайте, а я полежу в номере. Ему было интереснее остаться с выпивкой и интернетом, его самого, того, кем он был раньше, оставалось всё меньше.

Но мы склонны помнить лучшее, и мне всё время казалось, что это как-то временно, что он сможет справиться с собой, перестать пить, тот, кем он был, — мой самый любимый человек, такой красивый, умный и сильный — вернётся.

Я начала всё-таки бить в набат и уговаривать его лечиться, пойти к наркологу, психотерапевту. Он не хотел. Сам принимал какие-то таблетки, чтоб успокоить меня, первую неделю принимал — потом начинал их прятать и по углам снова находились пустые и початые бутылки. Однажды у него случился неожиданный эпилептический припадок, который врачи скорой определили как алкогольную эпилепсию, а в больнице его положили с какими-то жуткими бомжами в коридоре. Главврач, приятная пожилая дама, завела меня в кабинет и говорила мне: «Девочка моя, ты просто не видишь, что он уже один из них, беги прочь и не оглядывайся, он никогда не станет прежним, ни-ког-да. Поверь мне, я тут работаю и вижу их, а ты просто смотришь на него и видишь в нём того, кем он был, но он уже не тот».

И я ей не поверила. Тем более что после этого случая он вроде бы сам стал пытаться лечиться.

Но каждый раз безуспешно. Самое долгое, сколько он держался трезвым, — пару месяцев. Ходил на занятия группы« 12 шагов» и сказал, что там все идиоты, а руководитель группы — сектант; уезжал в православную обитель и вернулся оттуда с утверждением, что« Бога нет»; кодировался и через неделю прочёл, что все эти кодировки — обман пациента, и снова запил. Каждая попытка приводила его во всё более и более отчаявшееся состояние, его сбережения закончились, и он стал униженно искать средства на выпивку, занимая у друзей, выходя на улицу в поисках того, кто ему нальёт, шаря по карманам всё реже и реже приходящих в наш дом гостей.

Но он никогда, ни разу за всё это время попыток борьбы и впадения в отчаяние не заговаривал о самоубийстве и не шантажировал им. Даже мне порой хотелось прекратить всё это для себя каким-то вот таким трусливым способом, я была измучена, мои связи с жизнью тоже истончались, несмотря на то что я много работала и неплохо зарабатывала. На моё состояние сильно влияло и то, что все, и люди, лояльные мне, и его друзья, говорили: уходи. Мои говорили: ты губишь себя, ты просто еле жива. Некоторые из его друзей тоже больше сочувствовали мне, но некоторые считали, что если я уйду — ему будет легче поменять свою жизнь, ведь это« при ней он стал спиваться».

И я ушла. Однажды поставила ему условие: или он немедленно начинает лечиться(я была готова оплачивать его лечение), или я ухожу. Мне пришлось уйти.

Он через некоторое время вернулся из нашей большой съёмной квартиры в центре города в свою, на окраине. Пытался жить с родителями, но они недолго вынесли его общество. Он делал ещё пару попыток« прокапаться» и «кодироваться», но безуспешно. Его продолжали навещать« друзья" — собутыльники, каждый раз срывавшие его из попыток быть трезвым. Теперь их никто не гнал.

Я не пропадала с горизонта, давала ему понять, что я на связи и мы снова можем быть вместе, если он протрезвеет. И я, конечно, ужасно страдала без него. Примерно раз в месяц я его навещала и видела, что и физически, и личностно он всё больше и больше деградирует, и я действительно совсем не понимала, что с этим можно сделать.

Я при этом стала восстанавливаться, занялась спортом и внешностью, стала ходить на вечеринки, путешествовать с друзьями и своими уже живущими отдельно детьми от первого брака. У меня даже появился« роман» — я не влюбилась в своего партнёра, но мне было приятно проводить с ним время, и он отвлекал меня от мучительных переживаний. От мужа, впрочем, этот факт я скрывала. Потом я себя за это очень винила.

Если честно, я понимала, что он умирает, видела, что жизнь уходит из него. Когда я позволяла себе вспоминать того, каким он был буквально несколько лет назад, роскошным лощёным красавцем, весельчаком, любимцем всех и вся, и каким он стал, я не могла сдержать рыданий. Человек убивал себя сам поступательно, на глазах родных и любящих, и никто не мог его остановить.

Когда я звонила и предлагала приехать, чаще он просто не хотел со мной разговаривать, говорил, что у него нет сил, что ему плохо и вообще, ушла — так ушла. Но иногда он сам звонил и как будто бы с прежней любовью говорил, что очень скучает, что ему не хватает моей заботы и присутствия, что он пересматривает наши фотографии и понимает, как много он потерял. Но на все мои предложения поехать в клинику, лечиться — он отвечал отказом. Ехать и везти его куда-то насильно было для меня неприемлемо — я, как ни странно, продолжала уважать его.

Он сделал это практически в «прямом эфире» — с утра пораньше завёл со мной какой-то нервный разговор, перескакивая с упрёков на благословения и «напутствия», мы одновременно переписывались в чате и пару раз созвонились — утром я слышала, что он пьян, и повесила трубку, а позже сама перезвонила и сказала ему, уже протрезвевшему, что очень его люблю и готова оплатить любую клинику, если он сам выразит желание туда поехать. Но на это он сказал: хватит тебе уже со мной возиться, оставь это. Живи свою жизнь.

Почему-то мне не пришла в голову мысль, что это наш последний живой разговор.

Потом я увидела в чате сообщение: «Жизни моей не осталось больше, в пачке две сигареты, они кончатся, и я пойду повешусь. Я звонил в службу психологической помощи, там какая-то дура».

Я увидела это сообщение через час после того, как оно было написано. Ко мне зашла дочь, и я разговаривала с ней в другой комнате.

Я стала звонить ему — он не брал трубку. Я позвонила его другу, живущему в соседнем с ним доме, и попросила его пойти туда. Друг тоже не поверил в возможность происходящего и поэтому не бежал бегом. Он опоздал минут на 10, как сказали врачи скорой помощи. Дверь была открыта — он надеялся, что его найдут и откачают, и тогда он сумеет оттолкнуться от дна. Его не откачали. Мне позвонила жена друга(сам он боялся) и сказала: «Его больше нет».

Я и до этого хоронила близких людей, тяжело пережила смерть мамы, но то, как обрушился на меня ужас произошедшего теперь, невозможно описать. Если кто-то поймёт, о чём я: я поистине заглянула в ледяную зловонную пасть ада. Мрак, смерть, разрушение, абсолютная пустота — вот что я ощутила, и, кажется, в этом даже не было места вине, хотя все мы, близкие, постоянно крутили одну страшную мысль: как можно было успеть? Можно ли было помочь? Что мы должны были для этого сделать? В чём мы все виноваты?

Нет никаких слов, чтоб писать об этом. Я набираю строку и стираю её. Хотя тогда мне, наверное, помогало говорить. Много людей приходили ко мне, забрали меня к себе жить, чтоб я не осталась одна, почти насильно кормили меня, обнимали меня. И я начала плакать. Примерно через неделю. Я выплакала и выговорила самое страшное.

Я пошла в церковь и встретила там сочувствие и утешение. Никто не проклинал самоубийцу и не сулил ему ада, мне лишь говорили: бесконечно милосерден Бог, и сейчас твой любимый в Его руках. Надейся на Его любовь. Один прекрасный грузинский священник написал мне короткое письмо, которое я выучила почти наизусть: «Мы можем делать тому, кого мы любим, искусственное дыхание, но мы не сможем всю жизнь дышать за него. Даже Бог так нас любил, что умер за нас, но и он не может за нас — жить. Молись за него».

Мне пришлось сразу же после похорон выйти на работу, и там, где обычно были безжалостный прессинг и гонка, я встретила абсолютное понимание и поддержку своих вроде бы циничных коллег. По сути, всю мою работу кто-то брал на себя, а мне нужно было просто присутствовать тенью, но это, на самом деле, мне невероятно помогло удержаться на ногах в буквальном смысле. Наш начальник охраны, грубый солдафон, увидев меня невменяемую, зазвал меня в кабинет и спросил, что случилось. И я рассказала. Вместо сочувствия он начал страшно материть моего мужа: «Да… как… мог! Да такой-то он растакой-то!» Но почему-то именно такое вот выражение сострадания выпустило из меня большую часть молчаливого ужаса, я сидела и рыдала в кабинете этого грубияна, а он ругался, стучал кулаком по столу и наливал мне чай — до сих пор я вспоминаю это, как одно из самых правильных состраданий в моей жизни.

Меня поддержали дети, я очень при этом старалась при них держаться. Они тоже горевали, они очень любили отчима. Но моя старшая дочь сказала мне: мама, для меня большой урок смотреть на тебя сейчас. Я вижу, как можно пройти всё вообще и остаться в живых.

Самое тяжкое настало через пару месяцев, когда слёзы были выплаканы, друзья зажили своей жизнью, обвинители угомонились и от них больше не нужно было отбиваться — я почувствовала, что и сама теперь хочу умереть, вот физически, угаснуть и не дышать. И пошла к психиатру за таблетками.

Она сказала мне то, о чём я написала в самом начале. Что я потеряла всё.

И в этот момент я поняла, что это не так. Мой мир пошатнулся и треснул пополам, но он не рухнул. У меня оставалось много всего, что будет давать мне силы жить. И кончилась жизнь моего любимого человека — но не моя. Его любимое тело, его руки, ноги, губы и глаза закопали в землю — но не мои.

Врач не стала прописывать мне ничего серьёзного, так, что-то общеукрепляющее. Она знала, что делает. Мне нужно было пройти этот путь с открытым забралом. Перегоревать.

Я коротко остригла свои роскошные длинные волосы, всё время ходила в одной и той же одежде, жила просто и сосредоточенно. Зимой я пошла работать в организацию, занимающуюся помощью замерзающим бездомным. Я сделала это в память о том, кого я любила. Он ушёл из жизни, чтобы избежать этой участи, которая была для него уже близко. И он мог бы быть одним из них.

Я переодевала людей, кормила их и наливала им чай, я старалась ласково разговаривать с ними. Любить их. Мне не нужно было, чтоб любили меня. Мне нужно было кого-то любить самой.

Направляясь туда, я стала красить глаза и губы. Не потому, что я хотела бы понравиться бомжам, а потому, что хотела, чтоб они ощущали наше к ним уважение. И они это понимали.

Я старалась делать разные вещи, которые давно собиралась и всё никак не могла собраться, и мысленно говорить с ним: мы это делаем вместе с тобой. Я теперь твои руки и твоё сердце, и оно живо во мне.

Когда человек не хочет жить — понимала я — очень трудно дышать за него. Практически невозможно. Нет нашей вины в таком событии. Мы не можем дышать и жить даже за самого родного и близкого человека.

Но я совершенно точно теперь знаю, что, чтоб такого было меньше, мы должны выращивать Любовь в себе. Сначала в себе. Пусть её будет в нас больше. Может быть, именно это и могло бы кому-то из тех, у кого иссякли силы жить, помочь.



Публикации по теме